|
|
Пишут педагоги "Класс-Центра"
Франция – территория любви
Статья Елены Будиной, педагога "Класс-Центра" по изобразительному искусству.
Наступило лето. Время отпусков, путешествий, надежд погреться на солнышке у синего моря, знакомств с новыми странами. Многие из вас, возможно, уже были во Франции. Каждый увидел эту страну по – своему, но рассказ профессионального фотографа и художника Елены Будиной о Бретани добавит новых красок к портрету этой страны.
Путешествие началось в Париже
Париж быстрый, легкий, наполненный воздухом, ощущение было все время, что я нахожусь в Москве. Вдруг показалось, что Париж и Москва – это два абсолютно идентичных города. О да! Путешествие по Сене к Эйфелевой башне словно путешествие по реке Москве. Я оглядывалась и думала: «Почему у меня такое чувство, что я сейчас там, внутри Москвы?» Так не было еще 10 лет назад. А сегодня эти два города очень похожи, как похожи люди на улицах Парижа на москвичей. Они улыбаются точно так же, они обнимаются точно так же…
В Париже я жила так, как, наверное, стоит мечтать: под крышами Парижа, в крошечной гостинице. Улица называлась «улица Консерватория». Открывалось окно, перед тобой крыши, воздух… Хотелось жить! То, что я увидела из своего окна, - улица Консерватория. Боже мой, как академично! Улица могла называться как угодно.
Париж - очень ранний, к 11 утра уже стоят очереди в музеи, люди сидят, пьют кофе, разговаривают и курят. Солнце заполняет все вокруг, вдруг - маленький дождь. Ты наполняешься энергетикой прямо до макушки! Становишься таким, как эти люди.
Париж быстрый: один музей, один собор. В соборе много солнца. Конечно, это Нотр-Дам. Поездка по Сене, Эйфелева башня. На нее на этот раз ушло много сил, я прожила здесь почти 5 часов. Воспользовалась этой поездкой для того, чтобы создать массу портретов Эйфелевой башни: видела, как меняется освещение, как приходит вечер, и башня становится из темно-коричневой оранжевой. Удивительной красоты подсветка, на голубом фоне это абсолютно абстрактная картина. В голову не приходило сидеть в этой башне где-то в ресторанах, - там, где крошечные девушки в роскошных нарядах, безумно гламурные, которые приехали только для того, чтобы здесь поесть, попить, полюбоваться видом и счастливо уехать домой. На это времени не было!
Парижане. И не только
Самым интересным парижанином был старый букинист на набережной недалеко от Нотр-Дама. Сидит в одной позе и смотрит на людей, которые проходят мимо него, у него разложены книги, журналы, маленькие, крошечные предметы, которые имеют отношение к ушедшей эпохе.
Он сидит на раскладном стуле, почти неподвижный, обняв руками колено, устремив глаза на людей, которые проходят мимо него, останавливаются, что-то спрашивают, чем-то интересуются. Он односложно отвечает.
А сбоку от него несутся велосипедисты, мотоциклисты, машины. Странное ощущение: стремительного Парижа и человека, который замер…
Запомнилась прекрасная темнокожая женщина, которую я снимала в толпе в аэропорту . Она разговаривала по телефону . Впрочем, персонажи удивительной красоты настигали в Париже постоянно.
Два чудесных человека! Один из них явно с Тибета, тибетский монах, одетый в красивые желтые одежды, фотографирует Нотр-Дам. И католический священник, который занимается тем же самым… Два представителя абсолютно разных конфессий поражены красотой одного и того же места. И счастливы, что стоят рядом перед этим собором. В тот момент настигает удивительное ощущение, что вот она - удивительная связь мира, когда все едино абсолютно, независимо от людей, от национальностей, от места проживания, от принадлежности к той или иной конфессии, - людей объединяет любовь.
Amore
Париж наполнен любовью. Так много молодых людей, прильнувших друг к другу! Они стоят, у них счастье на лицах…
На заборе маленький символ любви: маленькие мальчик и девочка, нарисованные смешно: палка, палка, огуречик, вот и вышел человечек!
Дети, которые бегают по побережью. Они малы, танец детей, - а ты сидишь на песке и понимаешь, что это тоже любовь.
А эти несутся на мотоцикле, дружно хохоча, на головах смешные каски, шлемы. Я выскочила вперед, фотографирую их лица.
Другие два человека, которые смотрят в разные стороны. Но как они связаны сильно!
Как будто маленький знак в начале путешествия в Париж. На самолете силуэтами нарисованы мужчина и женщина. Что тебя там ждет в Париже? Любовь.
В одном месте это был разговор. Два черных силуэта, я снимала против света: у него пиво, у нее - вино, происходил серьезный разговор, они сидели очень долго.
Молодой человек, который гоняет на мотоцикле, француз, я снимала его из машины. А он, увидев, что я его снимаю, засмеялся…
Прекрасное лицо стюардессы. Стюардессы в оранжевых платочках. Похожи на киноактрис; французские стюардессы – особые какой-то своей быстротой, шиком, простотой, свежестью, обязательно удивительно повязанным шарфиком. Стюардессы так умеют повязать шарфик, что ты тут же захочешь его так же повязать.
В Центре Помпиду - маленькая скульптура, на самом последнем этаже – целующиеся мальчик и девочка. Любовь настигает везде: в живом, неживом, каком угодно виде.
Французский хлеб
Человек, рано утром несущий хлеб, - разносчик хлеба. Сколько этих багетов сейчас в пакете? Думаю, их там 25 штук - ему тяжело. Но как красиво - он аккуратно держит багет в пакете, будто несет огромный букет цветов.
Какие прекрасные, стройные, удивительной красоты французы и француженки! А как много хлеба они едят! … И все с багетами наперевес. Кто-то несет себе на завтрак, кто-то - с собой на работу, кто-то ест по дороге, как ела потом я.
На что похож багет? То ли на трость, то ли на оружие, то ли на какую-то волшебную палочку.
Бретань. Рен
От Парижа можно сесть на очень скорый поезд. Всего два часа – и мы оказываемся в городе Рен, столице области Бретань. Это кельты. Есть сведения, что первые поселения принадлежат людям неолита, которые появились там примерно в 8 тысячелетии до нашей эры.
Бретань наполнена огромным количеством мегалитических сооружений - менгирами и дольменами. Похоже на Стоунхендж, но не такого циклопического размера. Зато они поражают своим количеством. Есть места, где их до тысячи.
Я касалась менгиров, которые датируются 4,5 тысячами лет до нашей эры. Это значит, что им 6,5 тысячи лет. Прикасаться к таким камням нужно осторожно, в них какая-то особая энергетика.
Бретонцы отличаются от парижан. Прежде всего тем, что они совершенно другие. Это люди не спешащие, двигающиеся спокойно и экономно. Я увидела это прямо в Рене. Кстати, еще одна особенность. В Рене выходим на площадь, и я вижу огромный автобус, где за рулем женщина. Все автобусы в Рене водят женщины!
Сен-Мало
Из Рена в маленьком «ситроене» красного цвета мы приехали в город Сен-Мало. Какой красивый город! Великолепная набережная, на которой огромное количество отелей и частных домов. В сентябре, октябре, ноябре здесь начинаются страшные бури и волны достигают крыш этих домов. Бретань - это ветра, огромные волны, стихия… Я видела только на маленьких открытках, какие волны накрывают все эти отели.
В мае море спокойное, отливы, солнце, все гуляют, счастливы. Наконец, я поняла, что такое отливы: это 100-200 метров обнаженного дна, абсолютно твердого, похожего на ровный, плотный, светлый бетон.
Особенность Бретани - это отливные бассейны. Они были выстроены в конце XIX – начале XX века. Это очень простое сооружение: бетонная коробка, которая сконструирована просто в отливной зоне на берегу. Когда прилив, бассейн наполняется свежей морской водой. Таких бассейнов по всему побережью множество. Ни в одной стране я не видела приливных бассейнов.
А еще я там нашла удивительную раковину.
«Смотри, что я тебе покажу, - сказала я своему спутнику», а он открывает свою ладонь и говорит: «Смотри…» Мы показываем друг другу две одинаковые раковины – серебряный и золотой перламутр. Абсолютно плоские, великолепной формы.
Город Сен-Мало - моя любовь навсегда. Если когда-нибудь мне еще посчастливиться приехать на французскую землю, я приеду в город Сен-Мало, встану на те же места, где я когда-то стояла, где нашла раковину, видела удивительные острова, где люди стоят и, счастливо обнимая друг друга, смотрят в море. Где много детей, машин, солнца, где я первый раз попробовала настоящие французские устрицы!
Во Франции устрицы замечательного размера: они величиной примерно с ладонь. «Они съели дюжину устриц». Мы попробовали начать с трех, первый день - три, второй день – шесть, третий день – двенадцать. Дальше - аллергия, устрицы прекратились. Много есть нельзя.
Мон – Сен – Мишель
Мон-Сен-Мишель – маленький город- крепость, который выглядит как высокая гора. На вершине горы - аббатство. Внизу - поток машин, тихо стекающихся к городку. Тут я увидела, что сбоку от крепости идут люди по какой-то серой грязи. Мы разулись и пошли босиком. Оказались на дне отливной зоны, которая занимает километра 2-2,5. Только в этом месте Бретани отливная зона такой величины. Все люди огромной толпой или отдельными маленькими группами идут туда, где есть вода. Кое-где попадались зыбучие пески, и нога уходит очень быстро вниз. Очень страшно - как в болоте.
В 5 часов надо было скорее возвращаться назад, потому что будет прилив - вода, которая с огромной скоростью и очень большой силой движется в обратном направлении, так что успеть уйти жизненно необходимо…
Потом пошли в аббатство, в собор, наверх. Начался сильный дождь, и я сверху увидела крыши аббатства необыкновенной красоты. Они крыты черным сланцем, которого здесь полно, он лежит у тебя под ногами.
Сен-Брие
Дальше был город Сен-Брие. Мы въехали в этот город, где, куда ни бросишь взгляд – везде темнокожие люди. Ощущение, что все темнокожее население Франции собралось в городе Сен-Брие.
Город небольшой, симпатичный. Пустая улица, мы идем вдвоем, частные дома, все закрыто, никакого движения: ни машин, ни людей. Спокойствие полное, навстречу идет человек, читает книгу, возможно, студент. Он проходит мимо и говорит: «Бонжур». Как в наших русских деревнях. Там выйдешь на улицу, кто-то на лавках сидит, ты всем говоришь: «Здравствуйте, добрые люди». Дальше мы говорили везде «бонжур», всем, кого бы мы ни встретили. Город Сен-Брие принес слово «бонжур». Город, в котором с тобой здороваются незнакомые люди.
Окрестности Бреста
Бретань – это еще удивительной красоты высокий дикий берег, где холодная вода разбивается со страшным треском и плеском, а ты наверху просто любуешься этой стихией. Там, где стоишь, все поросло вереском.
Огромные поля вереска! Маленькие растения очень красиво цветут, создавая светло-сиренево-голубоватый, временами светло-палевый пейзаж. И запах. Тебя настигает вересковый запах.
Ты ходишь везде, любуешься разливающимися волнами верескового запаха, вдыхаешь, нюхаешь.
Полуостров Крозон
Я бы назвала его мыс – небольшой крестообразный полуостров (Presqu’ile Crozon), похожий на крест. Нет людей. Пустота. Здесь вспоминаешь кельтские легенды про короля Артура, рыцарей Круглого стола. Легенды принадлежат этому месту.
Тишина, пахнет вереском, ты идешь один, и вдруг снизу, из-под обрыва, появляются два дайвингиста. Они только что опускались на глубину, потом выкарабкались наверх, и вот они в костюмах вдыхают свежий воздух. Все выглядит, как в фантастическом кино, потому что это и смешно, и страшно, и неожиданно. Боже мой, тут же никого не должно быть…
Снова багеты!
В маленьком городочке вдруг вижу: передо мной едет на велосипеде маленький дедушка в кепочке, а у него к багажнику пристегнуты два багета размером по метру. Выглядят невероятно! Словно это крылья бабочки у него на велосипеде!
Я - из машины и с фотоаппаратом бегом за этим дедушкой, сама думаю: «Господи! Сделай так, чтоб он в какой-нибудь магазин вошел!» Дедушка останавливается, кидает свой велосипед. Причем ставит его так, что ничто не мешает мне его сфотографировать!
Цветы
Проезжая мимо какого-то крошечного городка, вижу рыночек, площадь которого вся усеяна чем-то розовым. При ближайшем рассмотрении это оказывается слой розовых лепестков. Лепестки цветущего миндаля, безумные розовые облака на земле. Асфальта не видно, а все эти люди, торговцы ходят, как по розовому одеялу.
Фахверковые сооружения
Красота этих домов настигла в средневековом городе Ван. Можно ничего не делать в Ване, а просто ходить по улицам, высоко задрав голову. Весь город – это фахверковые старинные дома 12-14 века.
В городе Сен-Брие я жила в гостинице, устроенной именно в таком доме. Там были маленькие комнатки, крошечные лестницы, все деревянное. Все какое-то немножечко кукольное.
Кемпер
Удивительный город Кемпер, который славен своими мостиками. Посреди города течет не река, а маленький язычок залива, похожий на речку шириной метров 10. Через эту маленькую воду перекинуты штук 12 мостов. Они не горбатые, а плоские, ровные, горизонтальные. Но каждый мост индивидуально выкован. От мостика до мостика 10-15 метров.
Бретань – муки выбора
Кстати, Бретань – это то место, куда приезжали русские художники. Здесь побывали Бенуа, Лансере, Серебрякова.
Это первая моя поездка, из которой я не привезла ни одного рисунка, потому что хотелось очень много увидеть.
Бретань имеет свою цветовую гамму. Черный, белый и красный. Крытые черным сланцем крыши, тоненькие красные коньки и белые дома.
Бретонский дизайн
Недалеко от Сен-Брие в одном из диких мест, куда никто никогда не заезжает, мы попали на странный пляж. Он был усеян огромными, гладкими камнями. Из-под них торчали невероятные, обкатанные, плоские скалы причудливой формы. Они походили на некую каменную мебель, огромные модерновые диваны, на которых было приятно лежать и сидеть.
Приморские знаки
Бретань – это много-много лодок, огромное количество всевозможных плавсредств, которые стоят на отливе, как маленькие брошенные дети. Ждут воды. Их миллионы на этом отливе, маленьких лодочек, баркасиков, всевозможных катерков, у которых есть маленькие подпорочки. На этих подпорочках кораблик стоит, чтобы не упасть на отливе. Светлая грусть - безмерное количество лодочек, которые ждут воды. Она обязательно будет.
Особый знак Бретани - маяки. Маяков тысячи. Маяки трех видов. Некоторые находятся непосредственно на материковой земле, другие - на маленьких полуостровах, выступающих в море, некоторые маяки вынесены далеко в море. На них работали очень смелые люди, иногда прямо с семьями - и жена, и ребенок…
Где бы ты ни находился, всегда увидишь маяк. И они все разные. Их красят в разные цвета.
Pointe de Raz – самая западная точка Бретани, здесь стоял удивительной красоты маяк, самый высокий в Бретани. Очень старый . Рядом с этим маяком были совершенно потрясающие раковины. Они мелкие, разных цветов. Встречались и ярко-желтые. Я езжу много, но таких нет нигде. А под маяком их – огромное количество.
Увожу с собой две чудесные раковины – дар побережья, города, французской земли.
До свидания, Бретань! До встречи, Франция..
Иорданская мозаика
Статья Елены Будиной, педагога "Класс-Центра" по изобразительному искусству.
Вот и кончилось наше недолгое лето. Но все пережитое нами в путешествиях – не забудется. Воспоминания об увиденном, узнанном и вновь для себя открытом остаются с нами. Фотографии помогают сохранить эти воспоминания надолго, делают их ярче. Путевые заметки и снимки профессионального фотографа и архитектора Елены Будиной, с которой наши читатели знакомы по предыдущим публикациям, в этот раз представят нам Иорданию - экзотическую страну, такую удивительную и очень разную.
Мое первое знакомство с Иорданией было мимолетным. На машине вдоль Красного моря, потом на маленьком корабле через пролив до города Акаба. Еще немного через пустыню - и моим глазам открылась величественная Петра. Время путешествия тогда, к сожалению, было ограничено, и я решила, что обязательно вернусь в эти удивительные места еще раз. Прошло два года, и мне действительно представилась такая возможность…
Акаба находится на границе с Израилем. Это «ворота» Иордании. Небольшой симпатичный городок с маленькими магазинчиками, базарчиками, где чувствуется совершенно особый уклад жизни. Если сравнивать с другими поездками, у меня совсем не было ощущения, что Иордания – туристическая страна. На побережье в Акабе всего пять отелей. Два пятизвездочных, остальные попроще - три звезды. И живут в этих отелях преимущественно арабы.
Поселившись в одном из них, можно планировать дальнейшие туристические вылазки. Мы с подругой наметили сразу несколько маршрутов: к Мертвому морю, реке Иордан и к горячим источникам, и самое главное, в пустыню Вади-Рам.
«Палитра древней пустыни»
Побывать в Иордании стоит хотя бы ради прекрасной пустыни Вади-Рам, похожей на брошенный город, потому, что все ее скальные образования словно созданы воображением неизвестного архитектора. Не просто горы, а высокие крепостные стены, замки из скал… Издалека складывается впечатление, что их можно пройти насквозь.
Когда смотришь на иорданские просторы со скал, сразу бросается в глаза - у пустыни несчетное количество оттенков. Прямо перед тобой лежат разноцветные барханы. Красный песок чередуется с оранжевым, и между ними - четкая граница. Мне объяснили, что у этих песков разная плотность, и ветер отсортировывает их, «раскладывая» свою палитру.
Из окон автомобиля кажется, что эта пустыня все время меняет свои очертания. Цвета просто нереальные: начиная от темно-красного и оранжевого до светло-желтого и белого. По дороге то и дело встречаются оазисы с пальмами, одинокие деревья. На скалах в пустыне мы видели уголки, где сохранились древние петроглифы. Первозданность окружающего ощущалась настолько остро, что не верилось в близость цивилизации. И встретить ее присутствие где-то рядом было странно. И все же на приметы цивилизации можно натолкнуться даже здесь - прямо посреди пустыни мы видели автомобильную заправку, а апофеозом контрастов стала настоящая железнодорожная узкоколейка, теряющаяся в бесконечных песках. Не редки в пустыне и бедуинские стоянки.
Я увидела странную вещь. На каждом столбе, на каждой опоре висят пакеты, наполненные водой. Нам объяснили, что мухи боятся пакетов с водой. Мне сложно это объяснить, как это взаимосвязано, ни в одной стране мира я не видела ничего подобного. Вообще стоянки выглядят очень просто: деревянные опоры, сверху – навес. Там обязательно предложат путникам имбирный чай, довольно острый и пряный. Но вкусный.
«На евангельской реке»
Однажды увидев реку Иордан, никогда ее не забудешь. Приехав туда, сначала ты видишь большой православный храм. Традиционная церковь, куда можно зайти, помолиться, поставить свечи. Сразу за ней - маленькая оливковая роща с особым ароматом старого дерева, от которого на душе становится хорошо и спокойно. Осторожно спускаешься в зарослях по маленькой, немного пыльной тропинке к реке Иордан…
Даже если кому-то приходилось видеть эту знаменитую реку по телевизору, уверяю вас - на месте возникают совсем другие ощущения. Сама река - очень маленькая, заросшая какими-то кустами. И вода в ней - удивительного изумрудного оттенка, но не мутная. У берега – небольшие ступеньки, и все, кто захочет, могут спуститься к воде. Мы с подругой попали в одну компанию с англичанками пожилого возраста, дамами в платьях, соломенных шляпках, похожими на мисс Марпл. Я думала, они захотят окунуться. Но нет, не решились, попробовали ногами воду и отошли, принявшись банально фотографироваться на фоне святого места. А мы, припасли специальные платья, чтобы войти в священную реку.
Иордан оказался очень теплым и мелким, с песчаным дном, мелкими камушками - и никакого ила. Самое глубокое место, наверное, по пояс. Я, как наставляла мама перед путешествием, вышла на самую середину, три раза окунулась с головой, прочитала молитву, подумала о хорошем. Англичане смотрели на нас с восхищением.
Но самое удивительное было потом. Уже по возвращении в отель мы повесили купальные платья сушиться, а на утро, когда они высохли, стали благоухать каким-то особым ароматом, в котором чувствовались удивительные запахи теплого солнечного дня и пряных растений.
«Горячие водопады»
Горячими источниками в Японии или где-нибудь в Исландии не удивишь никого. Но здесь в Иордании!.. Огромные водопады: один, самый большой, высотой где-то тридцать пять метров, второй – пятнадцать, и третий, самый маленький, - метров пять. В пятиметровом водопаде купаться было нельзя. На него можно только смотреть, потому что вода, падающая с пятиметровой высоты, не успевает остывать. На водопадах побольше - другое дело. На выходе из земли вода имеет 85 градусов, почти кипяток, а, достигая земли, остывает до 35 градусов. Под такую воду уже вполне можно встать. Мы наслаждались термальным «душем» минут 40. Говорят, что в этих водопадах излечивается огромное количество самых разных болезней.
«Арабская сторона Мертвого моря»
Одна половина Мертвого моря принадлежит Израилю, другая - Иордании. За год до этой поездки я была на его побережье – с израильской стороны. Иорданская часть моря - совсем иная. В Израиле это пологое место, и ты входишь в него, как в мелкое озеро. Причем концентрация соли там более высокая, чем в Иордании, где уже чувствуется, что это действительно настоящее море, глубокое, с волнами. Но утонуть в этом море все равно невозможно из-за солевой насыщенности. Морское дно белое… К берегу тянутся красивые соляные «платформы». Когда заходишь в воду, натыкаешься на отполированные отложения соли. По ним приятно ходить, и они совсем не скользкие.
Цвет Мертвого моря уникален. Со стороны Израиля он до искусственности изумрудный, а в Иордании - небесной голубизны, от которой трудно отвести взгляд.
Днем солнце какое-то время отражается в воде, как в зеркале. Не расплывчато, не дорожкой, как мы привыкли видеть, а просто, как в зеркале – потрясающий эффект. Длится это минут пять-десять.
Мне довелось стать свидетелем еще одного интересного природного явления. Я увидела, как в море отражаются… сразу два солнца.
«Чистильщики» барханов»
За время путешествия мы проехали не менее пятнадцати постов с вооруженными людьми: военными и полицейскими. Наверное, сказывается близость к израильской границе.
Есть и особая полиция - красавцы на лошадях, патрулирующие пустыню.
Несколько раз нас останавливали на постах, но после немногочисленных формальных вопросов неизменно провожали с добродушными улыбками. Оно и понятно - стоят мужчины на жаре, скучают, хочется поговорить с проезжающими женщинами. Но не было случая, чтобы кто-то из представителей иорданских силовиков в разговоре хоть на йоту перешел грань дозволенного.
В пустыне нам встречались не только военные. Оказывается, там есть специальные люди, которые… убирают пустыню. Мы еще посмеялись – вроде бы здесь дворники не нужны, но работают же: ходят вдоль дороги со специальными палками, ищут мусор…
Вопреки сложившимся стереотипам в попадавшихся по пути деревнях мы видели женщин исключительно с открытыми лицами, без платков, одетых, как правило, во все черное. Рядом с их жилищами пасутся козы, а в небольших садах растут финики, помидоры.
В одном из таких домов дружелюбные хозяева, узнав, что мы из Москвы, предложили разделить с ними трапезу. Согласились мы не сразу – как-то непрезентабельно выглядело угощение: разбитая сковородка была наполнена тушеными помидорами, мелко нарезанными, с зеленью. Но, не желая обидеть гостеприимных арабов, мы все-таки решились попробовать. Нам принесли целую стопку лепешек похожих на лаваш, только очень тонких. Мы сидели вчетвером вокруг сковороды и макали эти лепешки в тушеные помидоры. Ничего вкуснее этого я не ела никогда.
«Петра – город-роза»
Невозможно приехать в Иорданию и не побывать в Петре. Это город-роза, воздвигнутый внутри разноцветных скал. Об этом уникальнейшем месте уже много рассказано, но не могу удержаться, чтобы еще раз не вспомнить такое чудо. Моя подруга, приехавшая сюда впервые, просто ахнула, увидев скальные фасады здешних строений. Вот когда понимаешь, что наши предшественники были гениальные люди. Может быть, жили другими ценностями, в другом ритме, и время у них имело совершенно иное значение. Гуляя по сказочному городу, не хочется ничего говорить, а только смотреть и восхищаться его волшебной красотой. Амфитеатр с огромной ареной, святилища, дома... Можно несколько часов ходить по нему и открывать для себя все новые и новые чудеса, следы глубокого прошлого. Хорошо сохранились невероятной красоты потолки древних храмов, лестницы, вырубленные в скалах…Петра не упоминается ни в одном дошедшем до нас древнем источнике. Этот город заново открыл для нас в 19 веке молодой ученый из Европы. Но и сегодня мы видим лишь часть прекрасной Петры, раскопки до сих пор продолжаются...
P. S. Иордания – страна, которую невозможно забыть и в которую хочется вернуться. И я обязательно вернусь сюда, чтобы встретить рассвет в пустыне и увидеть, как всходит солнце среди древних цветных барханов…
Сила мысли
Статья Надежды Панферовой, педагога "Класс-Центра" по английскому языку, из журнала "Мотоэксперт".
Так получилось, что в этом году я никуда не поеду. То есть не то,что я не поеду в Европу или там на Байкал. Вообще никуда. Даже в Питер. Так иногда бывает. Надо внутренне подсобратьсяи терпеть. Не обращать внимания на мотики с кофрами. Не участвовать в обсуждениях чужих планов различных поездок. Не водить пальцем по карте, высчитывая расстояние от дома до
точек B, C и D. Короче, смириться.
Однако пока разум логически выстраивает оборону от злой реальности, подсознание справляется с ситуацией по-своему. И в багряном закате над эстакадой на МКАДе видится точно такой же закат, только на трассе М2 где-то в районе Джанкоя. И даже вроде как-то также сбоку вдалеке стоят деревья, и солнце пробивается с правильной стороны – и вот уже на секунду появилась уверенность, что через пару часов ты будешь сидеть на пляже с бутылочкой «Массандры»…
Или вдруг на какой-нибудь второстепенной дороге бросится в глаза необычайно аккуратно подстриженная обочина на фоне соснового бора – и память услужливо переносит на волшебные белорусские дороги, куда-то между Гомелем и Могилёвом. Правда, первое же попадающееся «место отдыха» враз рушит всю иллюзию: куда нашим заплёванным, покосившимся шалашикам и гнилым пенькам до крашеных и идеально чистых барбекю-площадок братского государства.
А этот ни с чем не сравнимый запах перегретого на солнце асфальта, который не может победить даже кондей в режиме рециркуляции? А облака, складывающиеся в очертания всех горных цепей на свете? Короче, теперь я очень хорошо понимаю, как чувствовали себя лебеди с подрезанными крыльями в императорском пруду, когда над ними в сторону юга тянулись бесконечные караваны собратьев. С одной стороны.
Но, оказывается, есть и другая сторона, по-настоящему удивительная, явившаяся неожиданно, может быть, даже компенсирующая всю кособокость моего нынешнего сезона. Открылась она мне в какой-то из последних майских праздничных дней на Поклонной горе, когда посреди воздушных шаров, фонтанов и расслабленной толпы вдруг вдалеке вырисовалась удивительной красоты перспектива города, знакомого и незнакомого одновременно. Не замыленный вид со Смотровой, не привычная панорама, открывающаяся с третьего кольца, а какая-то другая. Так открывается Париж с Монмартра. Так показывает себя Баку со стены старого города. Так, с самой оконечности Синопа, виден турецкий берег – на многие десятки километров.
С этого дня мне стали всюду попадаться маленькие радости. Вот утром усатый владелец овощного ларька на бульваре втыкает каштановые листья в ящики с грушами – и улыбается грушам, а груши в ответ сияют. Это хорошо – и на Кавказе, и в этом городе. Вот знакомая улица, а деревья над ней смыкаются, образуя свод, и трамвайные пути уходят за поворот по идеальной дуге. Это красиво – и на две тысячи километров южнее, и в этом городе. Вот утреннее солнце нагревает дорогу, и она парит, и воздух над ней дрожит и волнуется. Это завораживает – повсюду в мире, и в этом городе – тоже. Красота и волшебство – они не обязательно в дальних странах. Здесь, рядом всё это тоже есть. Просто обычная жизнь, рутина и нудятина, как одеялом, накрывают удивительное и необычайное. И, может быть, вместо того, чтобы ехать за новыми впечатлениями за многие тысячи километров, достаточно просто взглянуть на привычные вещи под другим углом. Может быть. А может быть, и нет. Потому что облака на горизонте упрямо рисуют громадные Атласские горы, возвышающиеся за Гибралтаром. Будет и следующий сезон.
|
|
(499)767-08-76
сlass-center@mail.ru
ул. Большая Академическая, д. 11а
|
Анонсы событий
|
Данный раздел находится в разработке.
|
Карта сайта
|
